Внешняя политика Адольфа Гитлера
Материал из Documentation.
Гитлер отвергал все общепринятые правила и был готов нарушить любой договор, если для этого настанет подходящий момент.[1]
Воззрения Гитлера в области внешней политики сложились под сильным влиянием геополитиков (Ф. Ратцель, Р. Челлен).[2]
Содержание |
[править] Зарубежные регионы
[править] Азия
[править] Турция
22 августа 1939 года Гитлер заявил в речи перед военачальниками Вооружённых сил Германии: «Со времени смерти Кемаля Турцией правят мелкие личности, бесхребетные, слабые люди».[3]
[править] Америка
[править] Латинская Америка
Гитлер считал, что в Бразилии, Аргентине и Боливии есть множество объектов для национал-социалистического воздействия. Поэтому он ставил задачу — прочно встать на ноги в Латинской Америке и вытеснить оттуда США.[4]
[править] США
Президент сената в Данциге Г. Раушнинг, входивший в круг близких к Гитлеру людей, отмечал, что относительно США у него было твёрдое, давно установившееся мнение, которое невозможно было изменить никакими доказательствами. Он не воспринимал США как державу, имеющую серьёзное значение, и считал, что США никогда больше не будут вмешиваться в европейские войны.[5]
Отношение Гитлера к США представляло собой смесь презрения и неохотного признания жизнеспособности и технических возможностей этой страны.[6]
Письмо Гитлера президенту США Франклину Рузвельту, написанное в марте 1934 года, указание Гитлера прессе давать положительные оценки президенту США были вызваны не симпатией Гитлера к Рузвельту и США, а стремлением избежать осложнений в отношениях Германии с США.[7]
[править] Европа
Внешнеполитический курс Гитлера в Европе во второй половине 1930-х годов строился на сочетании силового давления, дипломатических манёвров и расчётливой оценки слабостей потенциальных противников и союзников. В отношении соседних государств Гитлер действовал откровенно агрессивно: при встрече с австрийским канцлером Шушнигом в марте 1938 года он угрожал военной оккупацией Зальцбурга при малейшем сопротивлении, а в случае с Чехословакией требовал «автономии» для немецкого населения, что стало прелюдией к её последующему расчленению. Польша рассматривалась Гитлером как главное препятствие на восточном направлении: после провала переговоров о возвращении Данцига и создании коридора в Восточную Пруссию (что, по словам Гитлера, было сорвано «вмешательством Англии») он принял решение о её скорейшей военной ликвидации, рассчитывая на слабость польской армии, разнородность населения и нежелание Запада реально воевать. К Бельгии, Нидерландам и Швейцарии Гитлер демонстрировал внешнее уважение их нейтралитета, хотя уже планировал немедленное вторжение в случае его нарушения западными державами.
В отношениях с великими державами Гитлер придерживался дифференцированного подхода. Великобританию он считал ослабленной империей, неспособной к реальной войне: её вооружение, по его оценкам, было недостаточным, противовоздушная оборона — слабой, а поддержка Польши — лишь пропагандистской уловкой. Францию он рассматривал как страну с устаревшей армией, страдающую от демографического упадка и не готовую «влезать в авантюру». Особенно показателен поворот в отношении СССР: если в марте 1938 года Гитлер называл СССР «варварской формацией», договорам с которой нельзя доверять, то к августу 1939 года он пошёл на заключение пакта о ненападении, цинично рассчитав, что И. В. Сталин не примет английских предложений и заинтересован лишь в небольшом расширении на Балтике. Систему союзников Гитлер выстраивал прагматично: безусловно опирался на Италию Муссолини (признав границу по Бреннеру и согласившись на вывод немцев из Южного Тироля), считал Болгарию «естественным союзником», полагался на дружественность Венгрии и контролируемой Словакии, тогда как к Испании Франко, Румынии и Югославии относился с осторожностью, понимая шаткость их позиций. Общая логика политики Гитлера сводилась к формуле, прозвучавшей в речи 22 августа 1939 года перед военачальниками: «либо нанести удар самим, либо рано или поздно наверняка оказаться уничтоженными», — что означало курс на серию быстрых войн при использовании дипломатической изоляции противников по очереди.
